Отдел по церковной благотворительности и социальному служению Чебоксарско-Чувашской Епархии Чувашской Митрополии
ГДЕ ВЫ, ЛЮДИ, ГОТОВЫЕ ПОМОЧЬ БЛИЖНЕМУ?
Открыт сбор средств на восстановление храма святого целителя Пантелеимона после пожара
Огненное ЧП в нашем храме, который располагается по пр....
В Центре защиты семьи «Покров» работает горячая линия
 +7 (8352) 60-65-33 – психолого-социальная помощь кризисным беременным и женщинам с...
Объявление!
По воскресеньям в храме иконы Божией Матери «Скоропослушница» г.Чебоксары...
ОБЪЯВЛЕНИЕ!
Дорогие братия и сестры! Эпидемия новой коронавирусной инфекции продолжается....
Объявление
Братья Чебоксарского филиала Братства «Сыны Афона», по благословению епископа...
ОБЪЯВЛЕНИЕ!
В храме иконы Божией Матери «Скоропослушница» г.Чебоксары молебны со...
При слове «подвиг» большинству из нас рисуются необыкновенные деяния неординарных личностей, наделенных чрезвычайными качествами, о которых мы, простые смертные, даже и думать не дерзаем. Где уж нам, замотанным текучкой повседневности! Между тем слово «подвиг» родственно слову «двигаться» – то есть не стоять на месте, расти, развиваться, а это и вполне по силам каждому, да и просто требуется от христианина.
Так что такое подвиг? Когда обычная жизнь простого человека становится подвижничеством? И на каком основном принципе должна она строиться? Как преодолеть страхи, которых так много сегодня? Об этом мы беседуем с архимандритом Мелхиседеком (Артюхиным) – настоятелем московского подворья Оптиной пустыни и храма Покрова Пресвятой Богородицы в Ясенево, пресс-секретарем Синодального отдела по монастырям и монашеству.
– Сегодня мы бы хотели поговорить о подвиге. Часто в аскетической литературе мы читаем о подвигах святых – во славу Христа и для стяжания Святого Духа. Мы много знаем о подвигах, которые простые люди совершали на войне. О подвигах повествуется в мифах и фольклоре, есть место подвигу и в повседневной жизни. А что такое подвиг с точки зрения христианства?
– Мы люди очень простые, поэтому какие-то великие подвиги – не для нас. У нас есть подвиг ежедневной постоянной жизни. А с чего он начинается? Хотелось бы вспомнить историю, связанную с именем Суворова. Наша Покровская церковь – храм-памятник всем российским воинам, и один из девяти поклонных белокаменных крестов, установленных возле храма, – в честь Александра Васильевича Суворова. Когда мы водим школьные экскурсии, я подхожу с ребятами к этому кресту и читаю: «Сегодня – учиться, завтра – молиться, послезавтра – победы или славная смерть. Жизнь – Родине, душа – Богу. В 60 сражениях одержал 60 побед». Но раз на одной международной конференции был такой курьез. Встал академик и говорит: «Вы знаете, а все-таки у Александра Васильевича была 61 победа». Все начали листать свои iPad’ы, стали поднимать его на смех: точно ведь, 60, это всем известное количество. «Нет, – говорит, – 61». Опять не поймут: уважаемый академик, биограф полководца – и вдруг выбивающиеся из общепринятых сведения и факты. Он свое: «61». «Но как же так? Давайте сверим факты». – «Первая победа – это победа над самим собой». И тогда многие поняли: действительно, Суворов родился хилым, слабым мальчиком, а потом – внутренний подвиг жизни, аскетизм, жизнь в холоде, в голоде, в шинели солдатской, чтобы самому опробовать эту нелегкую солдатскую жизнь.Итак, первая победа – это победа над самим собой. И поэтому, когда мы обговаривали с вами тему нашей беседы, я подумал: наша повседневность ведь располагает к подвигу. А какой подвиг повседневности? Мы редко видим подвиг какой-то внешний, большой, яркий, из тех, что показывают в новостях по телевизору, когда человек пожертвовал жизнью, пожертвовал в лютый мороз перчатками и бушлатом, согревал внезапно родившегося ребенка, пока ехала «Скорая помощь», – одна сестра в капюшоне отогревала десять часов. Это всё вещи замечательные, и слава Богу, что они присутствуют в нашей жизни. Но мы все живем самой обыкновенной жизнью, мы все живем в семье, мы все живем в социуме, мы все живем среди людей. И здесь возникает вопрос: подвиг в этой нашей обыкновенной жизни есть или нет? Конечно, есть! Вовремя сказать, вовремя промолчать, вовремя не заметить, вовремя, наоборот, заметить.
Жизнь многодетной матери – подвиг? Подвиг! Жизнь многодетного отца, который не только на одной работе работает, а старается ради семьи пойти еще и на другую работу, чтобы семья жила в определенном достатке, – подвиг. Жизнь человека, который живет с престарелыми родителями, – это ежедневный подвиг. И подвиг – когда христианин заставляет себя в церковный праздник, выпавший на светский будний день, забежать в храм хотя бы на 15 минут – потому что другой возможности нет, надо на работу, потому что все зарабатывают деньги, живут в сложных условиях, – а праздник или память святого, к примеру Серафима Саровского, очень хочется почтить… И человек хоть на 15 минут, но все-таки старается посетить храм. Это тоже маленький подвиг. Почему? А у него был выбор: зайти в храм или нет. Так что внутренняя победа над собой – это и есть ежедневный христианский подвиг. У нас есть такая возможность, и мы можем так жить – в подвиге. Как апостол Павел сказал: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил» (2 Тим. 4: 7). То есть хранил веру в течение своей жизни.Еще очень важная вещь. Большинство людей делится на две категории: «хочу» и «надо». Категория «хочу» – это дела плоти, категория «надо» – это дела духа. Апостол Павел так и говорит: «Духом умерщвляйте дела плотские и живы будете» (ср.: Рим. 8: 13). И вся жизнь христианина уходит на то, чтобы не сеять в плоть, а сеять в дух. И у нас одновременно несколько воль. Вот мы сейчас пишем передачу, а кому-то из нас нужно куда-то бежать, или хочется поспать, или выпить кофе, или просто прекратить эту работу, хотя работа, которую мы сейчас делаем, очень важна. Две воли у нас в душе одновременно присутствуют: плотская и духовная. И важно, какую волю человек дает себе в жизни, какая воля побеждает. Это постоянный подвиг: выбор между «хочу» и «надо». Хочу поспать, а надо работу делать. Не хочу мыть посуду, а надо. Не хочу опять перестилать больному постель, а надо. Не хочу простить, а надо. Не хочу звонить общаться, а надо. Жизнь христианина от жизни обыкновенного человека как раз и отличает вот это: у христианина по большей части «надо» побеждает над «хочу».– Батюшка, вы упомянули преподобного Серафима Саровского – он был подвижник. Сама фраза «подвижническая жизнь» предполагает, что в этой жизни есть подвиг. И вот человек решил вести такую подвижническую жизнь. С чего ему начать? Каких ошибок надо постараться избежать? Как не споткнуться?– Оптинские старцы говорили: «Всё красит мера, края – бесовские». То есть крайности – от беса. У отцов было такое выражение, такой алгоритм и вектор жизни: дай телу по силе, весь же свой подвиг обрати на внутреннего человека. Не есть, не пить, не спать, подвизаться, поститься, молитвенные правила – все это чрезвычайно важно. Но все это должно приносить плод. Какой? Я молюсь не для того, чтобы мне было хорошо, чтобы я был хороший. Не чтобы мне было лучше – а чтобы во мне было лучше. Этот ориентир жизненный никогда не надо терять.

Еще Достоевский говорил: «Многие люди рассуждают о том, как жить, и только единицы – зачем жить». Зачем я живу, зачем надо подвизаться? Чтобы во мне что-то изменилось, чтобы я стал похож на Господа, как дети бывают похожими на своего отца. Вот весь смысл нашей христианской жизни: чтобы внутри мы были другими. Не вокруг нас была жизнь другая, а мы были внутри другие, потому что от этого зависит качество жизни. Потому что если в тебе зависть, недоброжелательство, тебе бесконечно чего-то не хватает. Потому что ты думаешь, что качество жизни, счастье в жизни – в том, чего у тебя нет. А надо подразумевать не это. Не когда у меня будет то-то или то-то, и тогда у меня будет качество жизни, тогда я буду счастлив. Но когда будут в тебе перемены к лучшему в духовной жизни, тогда и будет настоящее счастье, к которому стремится каждый.

Кто-то из мудрых людей сказал: «Счастье – это когда тебя понимают. Большое счастье – это когда тебя любят. А еще большее счастье – это когда любишь ты». И вот как раз это и есть тот самый подвиг. Нам всем хотелось бы, чтобы нас любили. Нам всем хотелось бы, чтобы нас уважали, чтобы нам оказывали внимание. Но когда человек живет с таким вектором направленности, он никогда должной любви и внимания не найдет, потому что, как Александр Сергеевич Пушкин показал: сначала – новое корыто, потом – новый дом, потом – дворянство, а потом – «Золотая рыбка, мне служи», – предела человеческой жадности и желаний нет. А главным желанием должно быть изменение самого себя. И с чего должен начаться подвиг, так это с малого преодоления.

Вот мы вспомнили святого Серафима Саровского. А знаете, какой подвиг был одним из самых главных в его жизни, что его сделало святым? Многих из нас, наверное, это удивит, но факты его биографии показывают: святой еженедельно прочитывал весь Новый Завет. Первые четыре дня – по одному Евангелию: от Матфея, Марка, Луки и Иоанна, а в остальные три дня – Деяния апостолов, апостольские послания и Апокалипсис. Вот что его сделало святым: он жил Священным Писанием. Он хотел соответствовать Священному Писанию, хотел соответствовать Христу. Это и есть начало подвига – искать волю Божию. Каким я должен стать? Каким надо, чтобы я был? Вот это и есть вектор направленности нашей воли. Не «хочу», а каким я должен стать.

– Батюшка, а как отличить, когда «мне хорошо» и когда «во мне хорошо»?

– На самом деле «мне хорошо» будет, когда «во мне хорошо» и когда через это другим хорошо. Мне запомнилась мысль одного очень мудрого человека. Он сказал: не нужно быть важным, важно быть нужным. И поэтому когда ты стараешься быть нужным – ты видишь и радость от того, что ты нужен.

Недавно мы разговаривали по телефону с нашим отцом наместником – архимандритом Венедиктом, которого мы все любим и уважаем. И он вспомнил, как братию не могли уговорить водить экскурсии: мол, экскурсии нарушают внутренний мир монаха, 30 человек, женщины, и так одеты, и сяк одеты… Многие отказывались. А когда начали водить экскурсии, многие стали говорить: «Отец-наместник, такая после этого радость, что я кому-то нужен, на какой-то вопрос ответил, познакомил с Оптиной, передал мысли наших Оптинских старцев. Такая радость, как будто причастился». Вот что произошло – преодоление! Хочу сидеть в келье, молиться, читать святых отцов, быть с Богом, читать Евангелие, вести уединенную жизнь. Но есть еще мера, когда этим надо поделиться. И когда человек поделился – через «не хочу», подчинился этой воле – «надо», вот тут-то и есть тот самый христианский подвиг, о котором мы с вами говорим.

Когда побеждает «надо» над «хочу» – вот это и есть тот момент преодоления, это и есть тот самый христианский подвиг. А какие плоды его? А плоды его такие: через «надо» приходит радость, которую я и хотел. Ради чего ты хотел молиться? Чтобы была духовная радость. Ради чего ты хотел оставаться в келье? Чтобы была духовная радость. А она пришла другим путем – через служение. И этот алгоритм, этот вектор задан самим Христом: «Я пришел не для того, чтобы Мне послужили, а для того, чтобы послужить» (ср.: Мф. 20: 28). И когда человек в этом ищет радость – ищет радость в служении, – он ее находит.

Помню, один из замечательных отцов современности батюшка Василий Ермаков говорил: «Наша жизнь – не место отдыха, а место подвига». Он сам был такой, сам все время с людьми, сам все время на людях, так сказать – старец в миру. И всегда видели его сияющим. Почему? Человек, отдавая, получает. Вот парадокс.

Кстати, старец Паисий Афонский говорил: «Через жертвенное служение Бог дает двойное здоровье». Мы же этого не можем понять, мы хотим, чтобы все было вовремя, сбалансированный режим труда и отдыха, не перетрудиться, не перемолиться. Чтобы все было вовремя: отдохнуть вовремя, поесть вовремя, поспать. Все это правильно, когда от твоей жизни не зависит жизнь других людей. Мы сейчас с вами записываем интервью, а я, может, спать в это время хочу. Или поесть хочу. Но есть слово «хочу», а есть слово «надо». Мы что-то сделаем, какое-то доброе дело, и – я на это надеюсь – будет и отдача. И всегда человек вот между этим – между «хочу» и «надо». И это образ нашей христианской жизни, который складывается между таким выбором, – и когда-то падаем, когда-то делаем, как хочу. Вот на это и уходит жизнь христианская – чтобы вырасти в силу возраста Христова, чтобы у человека на первом месте было «надо».

– Мы сегодня живем в мире, полном соблазнов, в мире, где есть и роскошь, и всевозможные удобства. Как здесь добиться подвига?

– Я не считаю, что чья-то роскошь, чей-то комфорт должны нас касаться. Живут так какие-то люди, имеют такую возможность – слава Богу, это их образ жизни. А жизнь христианина на что должна быть направлена? Уметь довольствоваться малым, уметь довольствоваться только самым необходимым. И это тоже подвиг. Чтобы чувство зависти от увиденной роскоши, от увиденного комфорта не приводило человека к сознанию своей несостоятельности, своей неполноценности: мол, у меня чего-то не хватает, а вот у других есть. Потому что под качеством жизни и под счастьем некоторые люди подразумевают здоровье. А под большим качеством жизни и счастьем люди подразумевают здоровье и деньги. А под еще большим счастьем и комфортом люди подразумевают здоровье, деньги, красоту и власть. И эти запятые можно продлевать до бесконечности.

А какое же истинное счастье? А истинное счастье состоит в том – одна из интерпретаций этого понятия, – чтобы быть духовно свободным от всего этого. Святитель Иоанн Златоуст как-то сказал: «Бедный человек – не тот, у кого мало денег, а тот, кто не умеет довольствоваться самым необходимым. Богатый человек – не тот, у кого много денег, а тот, кто умеет довольствоваться самым необходимым. Здоровый человек – не тот, у кого нет болезней, а тот, кто при болезнях не ноет. Больной человек – не тот, у кого много болезней, а тот, кто при болезнях много ноет». Оказывается, оценка качества жизни – внутри нас. И поэтому подвиг состоит в том, чтобы научиться довольствоваться самым необходимым. И Бога благодарить за то, что у тебя есть, а не стремиться к тому, чего у тебя нет. Стремиться к лучшему можно, но через большую запятую: «Не моя, Господи, воля, но Твоя да будет». Есть возможность машину поменять – меняй. Нет возможности – не смотри по сторонам, не оглядывайся и не ной, что у тебя не та машина, которую бы ты хотел. Не ной от своих родителей, не ной от своего мужа, не ной от своей жены. Не ной в конце концов из-за своего здоровья, потому что здоровьем заниматься надо, но оно не в наших руках.

– Чтобы не ныть, нужно тоже совершить какой-то подвиг?

– Внутренний. А если ты хочешь что-то во внешней жизни поменять и стремиться в ней к лучшему – тоже нужен подвиг. Ты хочешь новую машину? Так делай что-то для этого, пойди еще на одну работу. Ты хочешь, чтобы у тебя был небольшой домик за городом, куда ты мог бы вывезти свою многодетную семью? Не надо быть только мечтателем, надо что-то делать, надо этим заниматься, делать не только то, что нравится, не только «я хочу», а то, что надо. Если чего-то хочешь, то к этому надо прилагать усилия. Если ты ничего не сеешь – то ты ничего и не пожнешь.

Если тебя что-то удовлетворяет – слава Богу, что удовлетворяет. Но когда у тебя семья, то, что может тебя удовлетворять – твоя хибара или продавленный диван, – это удовлетворяет тебя, но не твою жену, не твоих детей, не твою маму, не твоего папу. Поэтому надо всегда думать не только о том, что устраивает тебя, но и о том, что устраивает твоих родных и близких. Может быть, для твоего аскетизма, для твоего внутреннего подвига было бы достаточно одной гречневой каши Рождественским постом, а для семьи нужна не только гречневая каша, но еще и рыба. Я намеренно утрирую, чтобы подчеркнуть: когда мы не одни, недостаточно только того, чтобы мы думали, что достаточно нам. Надо думать и о том, что достаточно для нашей семьи и для тех людей, которые окружают нас. И это тоже постоянный подвиг – иметь такое в мыслях устроение, потому что еще премудрый философ Сократ однажды сказал: «Истинная жизнь – жизнь не только для себя». И когда человек этим руководствуется – это правильное устроение. И это подвиг.

Мы рождаемся эгоистами и большую часть жизни проводим в эгоизме. Почему разваливаются семьи? Сошлись два эгоиста, они договориться не могут, кто кому должен уступить. Вот в этом вся трагедия нашей современной семьи. Из 1000 браков, по статистике, 700 разводов. Не половина – 700! 7 из 10 браков распадается. А почему? А потому, что впереди идет «хочу». Хочу, чтобы он(а) был(а) красивый(ая), заботливый(ая), умный(ая), образованный(ая) и служил(а) мне. Золотая рыбка, служи мне. И она, и он хотят почти одного, и никто не хочет служить другому. Никто не хочет руководствоваться этим принципом: «надо». Все руководствуются принципом «хочу», и вот от этого вся беда. Нет подвига преодоления врожденного эгоизма. Но христианин – это человек, который во вне, а не внутрь: мысль о других должна быть впереди мысли о себе.

– Отец Мелхиседек, вы упомянули батюшку Василия Ермакова…

– …с которым имел счастье быть знакомым. Кстати, когда он приезжал в Оптину пустынь, останавливался у меня в лазарете – я тогда им заведовал, до 1997 года, пока не оказался на подворье в Москве.

– Впечатление батюшка Василий оставлял?

– Да. Он как раз был примером подвига – подвига священнического служения на приходе. Я помню, многие ему говорили: «Слушай, да что ты народом занимаешься?!» А он отвечал: «Я никого к себе не зову. Вы вот ими не занимаетесь, они все ко мне и идут». Помню: приходской домик, батюшка всех принимает, сидит за столом, с каждым беседует. Если бы все так делали, конечно, столько народу к нему не приходило бы. И так вот изо дня в день с народом – это тоже очень большой подвиг священнической жизни. И всем нам, кто помнит отца Василия, читал о нем или будет еще читать о его жизни, надо – для священнической заметки и зарубки на уме – этот образ его подвига взять: не бегать от паствы.

– Отец Василий был семейным священником, отец Паисий – монахом. Получается, что подвиг – и для простых людей?

– Конечно.

– Мы живем в мире, в котором, судя по новостям, происходят постоянно катаклизмы, трагедии… Нет, хороших событий тоже, слава Богу, много. Но люди очень напуганы. И про семью вы сказали очень правильно, и иногда бывает страх заводить какие-то отношения, потому что страшно: и за себя страшно, и за другого человека, и вообще страшно: потянешь или нет? В связи с этим такой вопрос: совместим ли подвиг со страхом, и как победить этот страх?

– Вы упомянули о том, к чему приводит страх, – к сомнениям: заводить или не заводить семью. Я вспоминаю отца Иоанна (Крестьянкина), который говорил, что вся Россия жила таким принципом: «К смерти готовься, а пшеницу сей». Поэтому – страхи страхами, а повседневная жизнь – повседневной жизнью. Поэтому и семью надо заводить, и знакомиться надо, и не бояться: потянешь ли, не потянешь ли. Всё потянешь, если будет внутренний настрой жить во имя другого человека. Бог на один шаг с нашей стороны делает девять шагов навстречу.

Подвиг со страхом не совместим. Русская пословица учит: глаза боятся, а руки делают. Ты что-то задумал в своей жизни, задумал, к примеру, вести эти передачи. Понятно, что всё это большие проблемы: найти людей, технику, средства, финансы… Если бы человек рисовал себе все проблемы, которые будут впереди, с места бы не сдвинулся. Надо думать, прежде всего, о пользе дела, которое предпринимаешь. И помнить самое главное: любое дело начинается с первого шага. Путь начинается с первого шага. И не надо пугаться, что впереди еще 10 тысяч километров. Дорога начинается с первого шага, делай этот первый шаг, а потом уже будем разбираться со следующей ситуацией. Задумали дом построить – начинай с небольшого вклада в этот дом. Новая специальность, новая профессия, дополнительный заработок. Будет ли, не будет ли, ты начни для этого что-то делать, а там уже будет видно. Потому что кто не начинает, у того и не будет. Попутный ветер не дует тому, кто никуда не плывет. Это страхи внешние.

Должен быть страх внутренний. Не бойся никого, кроме Бога одного. Вот Кого надо бояться! Надо бояться отступить от Церкви, надо бояться отступить от внутренних принципов, бояться отступить от своих обещаний, бояться отступить от веры. Вот чего надо бояться. А внешняя наша жизнь – она в руках Божиих. Если мы не военные, не политики, не экономисты, не депутаты, мы мало что можем поменять в этой жизни. Надо менять отношение к своей жизни, а отношение к жизни должно быть такое: всё в руках Божиих, ничего дурного, плохого не будет до тех пор, пока мы сами не дадим повод к этому. А внешние обстоятельства: курс доллара, безработица, цены на нефть… – влияют на нашу жизнь, но они не должны определять нашу жизнь. Определять нашу жизнь должна вера, жизнь по вере и внутренний подвиг. Была жизнь и похуже. Поэтому – всё внутри тебя.

Если есть недовольство этой жизнью – это недовольство тебя сожрет. Если есть терпение к этой жизни – всё будет нормально в душе. Не то что восторг, нет, но будет вот это чувство: я что-то могу делать, что-то могу зарабатывать, могу вести внутреннюю духовную жизнь. В храм идти – никто не мешает, бороться с самим собой – никто не мешает, помогать другим – никто не мешает. В этом тебе никто не мешает! Будет и мир, и радость, и комфорт духовный. Всё внутри тебя, потому что жить по вере, делать добрые дела и подвизаться подвигом добрым в борьбе с самим собой никто не мешает.

Конечно, мы не в восторге от того, что происходит вокруг нас, но, по мере сил и возможностей, мы жизнь вокруг нас должны улучшать, помогая друг другу жить в христианской солидарности, – начиная с семьи, продолжая приходом и, по возможности, выходя за границы той небольшой общины, в которой мы живем, потому что помогать друг другу мы должны обязательно. Сглаживая все эти негативы, которые мы в жизни наблюдаем, потому что, как апостол Павел призывает: «Мы, сильные, должны носить немощи слабых и не себе угождать» (ср.: Рим. 15: 1) Слышишь ли? Опять – должны. Сильные должны носить немощи слабых и не себе угождать. Потому что сначала ты служишь, а потом тебе служат. Я всегда шучу: лучше в дом престарелых ходить, чем в доме престарелых лежать. Кто не хочет работать на детей, будет работать на аптеку. К сожалению, такова сущность нашей повседневной жизни. Как только перестал служить – будешь нуждаться в служении. Поэтому лучше умереть на работе при исполнении своих служебных обязанностей.

(Окончание следует.)

С архимандритом Мелхиседеком (Артюхиным)
беседовал Никита Филатов

21 января 2016 г.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.